Яна Тоом из Европарламента: Борцы за свободный интернет потерпели сокрушительное поражение

Родительская категория: Общество Автор: Яна Тоом Просмотров: 1093
В минувшую среду Европарламент большинство голосов принял директиву об авторских правах на едином цифровом рынке.

 

 

Яна Тоом, депутат в Европарламенте от Эстонии (Центристская партия) разъясняет в статье на Delfi почему противники директивы говорят о введении цензуры и "смерти" свободного Интернета.

 

Любите ли вы Брюссель так, как люблю его я? Со всеми его заворотами, интригами и политиками, которые порой оказываются пешками в руках умелых лоббистов крупных кампаний?

 

С депутатами, которые приходят сюда с горящими глазами, а к концу пятого года говорят — все, баста! Вот как Юлия Реда, умница и боец, единственный депутат от Партии пиратов, положившая четыре года жизни на борьбу за свободный интернет и потерпевшая в минувшую среду сокрушительное поражение.

Не от депутатов, нет — большинство из них понятия не имеют, что на самом деле написано в злополучной директиве о защите авторских прав.

 

От лоббистов, которые сумели убедить наиболее "весомых" коллег, что борьба за "справедливое вознаграждения творцам" поможет им переизбраться. Ну и лоббисты помогут, что уж там. Не деньгами, конечно — медийным ресурсом. Что-что, а это у них есть.

 

Чтобы проиллюстрировать уровень экспертизы, на основании которой мои коллеги принимали решение голосовать за директиву, приведу два коротеньких диалога.

 

- Видишь ли, Антонио, авторские права в интернете уже защищены. Если ты запостишь ворованное видео, оно будет удалено либо в ходе рутинной проверки, либо по заявлению правообладателя.

 

- Да, это я знаю. Но у Леонардо да Винчи нет представителя, который мог бы о нем позаботиться! Или вот автор знаменитой фотографии Че Гевары: во всем мире продаются майки с этим кадром, а он прозябает в нищете на Кубе! Наш долг защитить творцов!

 

На всякий случай поясню: срок действия авторских прав 50 лет, так что ни несуществующие наследники покойного да Винчи, ни безвестный кубинец никакого профита от директивы не получат. Не говоря уже о том, что Куба пока не входит в состав ЕС.

 

Второй диалог не менее показателен:

- Боюсь, коллега, Вы не совсем понимаете, как работает Интернет…

- А мне это и не нужно! Я понятия не имею, как работает мой телефон, главное, что я умею по нему звонить!

 

Итак, как работает Интернет — вернее, как он будет работать, если новая директива об авторских правах будет одобрена на триалоге — трехсторонних переговорах Парламента, Комиссии и Совета ЕС.

 

1. Автоматические фильтры. Все, что Вы решите загрузить в сеть, будет подвергнуто предварительному мониторингу на предмет возможного нарушения авторских прав.

 

Искусственный интеллект сравнит содержимое вашего контента с базой данных контента, защищенного авторским правом, и в случае подозрения на нарушение ваша публикация будет отклонена. После чего можно будет отправить жалобу модератору, который примет решение, кто ошибся — робот или человек.

Попутно вы, ясное дело, поделитесь с интернет-платформой личными данными — анонимных жалоб никто не любит. Интересно, что эта петрушка распространяется на все интернет-платформы, имеющие хранилище загружаемого пользователями контента. Включая социальные сети.

 

Да, в тексте директивы сказано, что исключение будет сделано для малых платформ и частных пользователей, но отсутствует определение того и другого.

 

Вопросы, на которые нет ответа:

  • Каким образом предварительный мониторинг публикаций улучшит благосостояние творцов, если их интересы по-прежнему представляют посредники, которых никто не обязывает увеличить долю выплат собственно артистам? Да, в текст вошла поправка, призывающая страны-члены обеспечить творцам "достойное вознаграждение" и "уместную долю" средств, которые будут получены правообладателями дополнительно. Но ни "достойное вознаграждение", ни "уместная доля" не являются внятным определением, на основании которого можно производить математические расчеты.
  • Какое количество друзей и/или фоловеров должно быть у обладателя аккаунта в соцсетях, чтобы он перестал считаться частным?
  • Каким образом применимо это положение директивы, если в другой директиве, недавно принятой парламентом — об аудиовизуальных медиауслугах — черным по белому написано, что предварительный мониторинг загружаемого контента запрещен?
  • Что будет со стримом, который по определению считается загружаемым контентом? Как технически мониторить прямой эфир, будь то прямое включение болельщика с футбольного матча или летсплейщик, играющий в сети под прицелом веб-камеры?

 

2. Плата за гиперлинки. Вы не сможете перепостить ссылку на статью, если в ней (в ссылке) будет содержаться больше, чем "несколько слов", причем эти несколько слов — не заголовок, так как заголовок защищен авторским правом, не подпись к снимку (по той же причине) и не сниппет (выброска, сопровождающая гиперлинк) — в нем слишком много текста.

Платформы, которые вы используете, должны будут покупать у издательств лицензию на публикацию ссылок, то есть фактически пользователи окажутся в ситуации, когда подходящий к публикации контент будут выбирать не они, а владельцы платформ.

 

Вопросы, на которые нет ответа:

  • Что будет с новостными агрегаторами?
  • Как перепостить статью о себе самом?
  • Каким образом это положение повысит благосостояние журналистов, если авторским правом на контент обладают издатели?
  • Как в результате нововведения изменится путь и скорость распространения информации?
  • Каковы экономические последствия принятия директивы — в первую очередь для небольших издательств, стартапов и альтернативных бизнес-моделей?

 

3. Смежные права организаторов спортивных соревнований. Судя по интервью докладчика по директиве Акселя Восса шведскому журналисту, о том, что директива закрепила такие права, Восс не знал.

 

Вопросы, на которые нет ответов:

  • Что такое спортивные соревнования? Ограничиваемся мы олимпийскими видами спорта или включаем сюда таскание бабы и бег по болоту?
  • Кто является организатором спортивных соревнований?
  • Какие именно ограничения это положение за собой повлечет? Запрет делать сэлфи на стадионе? Запрет на стрим? Что-то другое?
  • В чьих именно интересах подана эта поправка и скоро ли этот кто-то выйдет из шкафа?

 

4. Запрет панорамной съемки. 

Панорамной не в смысле 180-360 градусов, а в смысле - видовой. Когда директива вступит в силу, в большинстве стран ЕС фотоальбомы в жанре "Я в Париже" придется оставить для домашнего пользования.

 

 

В большинстве, потому что есть страны, где такого запрета нет, и мы хотели распространить эту практику на весь ЕС. Не вышло. Запрет этот распространяется на публикацию фотографий, на которых присутствуют объекты, защищенные авторским правом.

 

Хрестоматийный пример такого объекта — ночное освещение Эйфелевой башни (как, кстати, и рождественское освещение Главного здания Тартуского университета). Хотя в музей современного искусства тоже лучше не соваться, да и театральная афиша на заднем плане семейного фото, к бабке не ходи, застрянет в фильтре искусственного интеллекта.

 

Вопросы, на которые нет ответов:

  • Каковы экономические последствия этого шага? Что думают об этом предприниматели, работающие в сфере туризма?
  • Как подобный запрет способствует популяризации культурного наследия?

 

Помимо этих частных вопросов есть и вопросы общего характера:

 

Почему Европейская комиссия, инициировавшая разработку директивы, не провела исследование анализа последствий? Или, может быть, провела, но никому не показала?

Почему сторонники директивы проигнорировали мнение ученого сообщества, ведь нас единодушно предостерегали от принятия документа в таком виде? Среди прочего используя такой аргумент: если бы в начале девяностых существовало такое законодательство, мы не жили бы сегодня в эпоху Интернета.

 

Несмотря на риторику, сопровождавшую весь ход обсуждения директивы, рискну сказать, что к правам собственно авторов она имеет небольшое отношение. В силу неявных пока причин Европарламент стал ареной битвы гигантов — гигантов продюсерской индустрии с одной и интернет-индустрии с другой стороны.

 

Победу вроде бы одержали первые, но в накладе не остались и вторые — фильтр штука дорогая, и мало кто из (даже относительно) небольших игроков сможет себе позволить такие инвестиции. И теперь, судя по всему, мы стоим на пороге раздела Интернета группой гигантов.

 

Но главное даже не это: мы можем сколько угодно ностальгировать по бумажным газетам, черно-белому телевизору и рекламным буклетам, однако факт остается фактом — нынешняя молодежь живет в Интернете.

Это мощное средство коммуникации, источник информации и вдохновения. Говорите, молодежь в ЕС настроена наиболее проевропейски? Отлично. Давайте лишим их Интернета и посмотрим, любят ли они Брюссель так, как любим его мы. Депутаты.

 

По материлам delfi.ee

 

Фото: личный архив Яны Тоом

 

"Русское поле"