Такава жызнь: профессор-филолог считает русский язык слишком сложным

Родительская категория: Образование Автор: Информационная служба "Русское поле" Просмотров: 4329
Доктор филологических наук, проректор по науке и профессор кафедры общего и русского языкознания Госинститута русского языка им. Пушкина Михаил Осадчий высказал свое мнение о необходимости реформы русского языка.

 

Статья, перепечатанная "Русским полем" из "Известий", вызвала острую дискуссию в социальных сетях среди соотечественников, проживающих в разных странах зарубежья. В тексте мы поместили некоторые комментарии.

 

С началом сентября миллионы школьников страны пошли в школу. На этой же неделе — 8 сентября — во всем мире будут отмечать ежегодный День грамотности. Всё это поводы задуматься о том, что же такое грамотность и какую роль она играет в нашей жизни. 

 

Как лингвист и как носитель русского языка я искренне считаю, что русская орфография и пунктуация чрезмерно сложны. Почему нельзя писать жури или жызнь? Почему обязательно нужно запоминать правило лаг – лож?

 

Ведь все слова с этим корнем можно договориться писать с одной и той же гласной: пологаю, излогаю, положим, выложим. Почему нельзя одинаково обособлять все сравнительные и причастные обороты? Что в этом такого страшного?

 

Сегодня на вдалбливание правил правописания уходит добрая половина времени на уроках русского языка. А могли бы вместо этого учиться связно говорить, логично излагать свои мысли, писать качественные тексты, выступать публично, вести дискуссии. Сегодняшние выпускники школ в массе своей ничего такого не умеют и близко. Это — коммуникативная «инвалидность».

 

Комментарий на статью в соцсети: Irina Gattara Концы с концами не сходятся: как можно "писать качественные тексты", не зная грамматики? Эпоха неграмотных сказителей прошла давным-давно.

 

Возможно, у читателя возник вопрос: существуют ли культуры, в которых правила орфографии предельно просты — как слышу, так и пишу? Мало кто знает, что именно так (или почти так) обстоят дела в белорусском и сербском языках. И никто от этого не пострадал. Так почему же все попытки хоть как-то упростить русскую орфографию разбиваются о стену сопротивления лингвистов, педагогов, представителей власти, активных граждан? Есть два ответа: неправильный и мой.

 

Комментарий на статью в соцсети: Tatiana Arefyeva В сербском языке нет редукции и ударение фиксированное: все гласные звучат отчётливо, в любой позиции... Приведённый в качестве примера белорусский язык имеет совсем другую фонологическую систему. Относительно "и" после шипящих тоже есть свои аргументы. Думаю, нам не правила орфографии надо упрощать, а более разумный методический подход к обучению школьников.

Неправильный (но при этом самый популярный) заключается в том, что упрощение орфографии и пунктуации навредит русскому языку, обеднит его. Полагаю, ничего подобного произойти не может, поскольку правила правописания не имеют никакого влияния на язык, который возник задолго до письменности как звуковая система знаков. Язык — это устный феномен, а орфография с пунктуацией — поздние по времени возникновения условные способы фиксации на бумаге звучащей речи, не более.

 

Комментарий на статью в соцсети: Elena Kudinova Не очень поняла, что хотел сказать автор. И почему, чтобы научить школьников связно излагать свои мысли, нужно проводить реформу по упрощению русского языка я тоже не поняла.

 

На самом деле ответ лежит в области социальных страхов и заключается в том, что любые изменения в правилах правописания мгновенно делают неграмотными миллионы и даже сотни миллионов людей, которые лишаются своего заслуженного общественного блага — считаться образованными. И ни один политолог не возьмется предсказать, к каким последствиям это может привести.

 

Это очень хорошо понимали в Императорской академии наук, где еще в 1904 году, задолго до революции, стали вынашиваться планы по реформе орфографии. Почему большевики решились на нее? Я не очень верю в то, что они руководствовались исключительно желанием создать общественное благо.

 

Безграмотность для руководителей-революционеров всегда была ощутимой проблемой, замедлявшей пропагандистскую работу, особенно среди крестьян. Бойких ораторов на все села огромной аграрной страны не хватало, а газеты и листовки крестьяне читать не могли.

 

Невозможность прямой пропаганды, отсутствие инструмента для влияния на умы и сердца людей держали революцию на грани провала до самого конца гражданской войны. Логично, что большевики решительно взялись за устранение неграмотности, а упрощение орфографии очень этому способствовало.

 

Была и другая идея: перевести русский и другие языки СССР на латиницу. К концу 1930-х годов было латинизировано 69 языков, пока Сталин не прекратил этот эксперимент. Публично латинизация обосновывалась как шаг к объединению с мировым пролетариатом.

 

Фактически же, я думаю, резон был в другом: в случае латинизации русского языка уже через 10 лет появилось бы поколение молодых граждан, способных читать только те книги, которые написаны латиницей.

 

Так создавалось идеологически стерильное информационное пространство, свободное от духовной литературы и русской классики.

 

Вопрос реформы орфографии всегда был и остается вопросом политическим, поскольку государство опирается на правовую систему, зафиксированную в текстах законов, общается с гражданами посредством текстов документов, оценивает настроения общества путем анализа текстов массовой коммуникации.

 

Письменный текст — фундамент государства, а способность граждан писать и читать охраняется как условие выживания государственных институтов. Именно поэтому реформы орфографии не будет, пока на то не появится политическая воля. Так вышло, что одного лишь желания сделать жизнь проще для этого недостаточно.

 

Комментарий на статью в соцсети: Gennadi Gasparyan Думаю, что публикация г-на Осадчего инициирует ненужную дискуссию. Не могу поверить, что лингвист-профессионал не представляет себе сложности пересмотра орфографии и болезненности всякого движения в этом направлении для общества. Изменения орфографии уничтожают историю, зафиксированную в языке, и вызывают крайний дискомфорт у носителей языка (это как минимум). Реформы орфографии уже были – но можем ли мы говорить об их безусловном успехе? Не уверен, а то с чего это мы сегодня бьем в колокола по поводу массовой безграмотности учеников? Как я уже говорил (см. мои статьи на Учительском портале), на самом деле неэффективно обучение правописанию в школе. Причиной тому вовсе не сложная орфография, а герметичность системы образования, которая неспособна воспринимать запросы сегодняшнего дня. Орфографические правила можно и нужно упрощать, обучение правописанию можно сделать рациональным, можно выиграть учебное время для других аспектов обучения языку – и все это без ущерба для русской орфографии.

 

Источник: iz.ru, комментарии - из социальных сетей.

 

Фото на заставке: Михаил Осадчий на конференции русскоязычных соотечественников в Берлине (Автор: Ю.Еременко)

 

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

 

"Русское поле"