Веймарцы в Альпах или Записки паломника

Родительская категория: Культура Автор: Редакция Просмотров: 10178

С разрешения настоятеля веймарского православного храма св. Марии Магдалины протоиерея Михаила Рара, сайт "Русское Поле" публикует рапорт о паломнической поездке отца Михаила с семьей в расположенный в Италии православный монастырь св. Василия Великого.

Перед читателем - отличный образец эпистолярного жанра, почти совсем утраченный род литературной формы. Много любопытной информации найдете вы, уважаемый читатель, в письме. Здесь обычаи и уклад монастыря, путевые заметки о малоизвестных населенных пунктах Италии и личная семейная история батюшки. Послание адресовано духовному лицу, стоящему много выше автора текста в церковной иерархии, но трудно не отметить, что в письме напрочь отсутствуют ожидаемые канцеляризмы, наоборот, письмо написано по-дружески, задушевно.  И это определенным образом характеризует внутренние церковные отношения.
Важно отметить, что отец Михаил, так виртуозно владеющий русским языком родился в Японии, вырос и образование получил в Германии, Америке и Словакии, Россию же первый раз посетил будучи уже взрослым человеком. А русский язык отец Михаил, как и его три брата и две сестры,  выучил благодаря своим родителям - Глебу Александровичу и Софье Васильевне Рарам, русским эмигрантам второго поколения, выросшим тоже вне России.

***

Его Высокопреосвященству,
Высокопреосвященнейшему ФЕОФАНУ,
архиепископу Берлинскому и Германскому

РАПОРТ
Паломничество в Италию

Христос Воскресе!

Ваше Высокопреосвященство,

с Вашего любезного благословения  мы с семьей совершили паломничество в Монастырь св. Василия Великого в местечке Ревелло (Италия), находящийся под юрисдикцией Константинопольского Патриархата, Южноевропейский Экзархат которого возглавляет высокопреосвященнейший Геннадий, митрополит Венецианский.
С Божьей помощью нам удалось побывать на Божественной литургии в Неделю мытаря и фарисея (4 февраля н.ст.).
Выехав в субботу утром из Мюнхена, мы рассчитывали к закату солнца быть на месте (около 650 км). Но из-за сильных снегопадов и многочисленных заторов длиною до 45 км, нам до австрийской границы (120 км) потребовалось около пяти часов. По территории Австрии ехали без затруднений и пересекли итальянскую границу уже под вечер. Спускаясь с Брэннера наслаждались ездой «навстречу весне». Скоро потемнело и живописный ландшафт северной Италии для нас стал невидимым. Около одиннадцати часов ночи добрались до Турина, а оттуда осталось еще 70 км езды. Связались по телефону с монастырем и нам приехали навстречу к съезду с автострады. Первая личная встреча после бесчисленных писем по электронной почте и немногих кратких переговоров по телефону: из синего «Мицубиси» (типа лимузина-микроавтобуса) выходит молодой иеромонах Гавриил, лет тридцати. Едем вслед за ним, в какой-то деревне около полуночи через мостик с односторонним движением пересекаем крохотный ручеек с названием По.
Устраиваемся в гостинице в городке Салуццо в пяти километрах от монастыря. Скромный «альберго», но со всеми удобствами. Главное условие для меня, - что у отеля есть собственная автостоянка. Договариваемся, что утром за нами заедут. Валимся спать.
Утром сам отец Гавриил приезжает за нами. По дороге в Ревелло перед нами открывается незабываемый вид на Альпы.

Виден Монте Визо (почти 4000 м), одна из самых высоких гор в Италии.

Мы находимся в исторической провинции Пьемонт («подножье горы») – это плодово-ягодный «сад» Италии: черешни, вишни, яблоки, груши, а главное – плантации киви.

Оказывается, Италия опередила Новую Зеландию по производству киви.
Монастырь на склоне невысокой горы на окраине города.

Дорога немощеная, но «Мицубиси» без затруднений справляется с задачей. Заезжаем во двор монастыря. Навстречу выбегает пес – породы боксер. Я удивленно спрашиваю, чья это собака. В ответ узнаю, что это одна из монастырских собак.

На территории монастыря есть одноэтажный каменный дом, в котором спальни, кухня, трапезная и зал для чаепития. Сейчас там идет исповедь. В монастыре только два насельника: настоятель – архимандрит Ливио (лет 60-ти), и мой знакомый иеромонах Гавриил. Церковь находится в отдельном барачном помещении, скромная, но уютная. Все обставлено и устроено с любовью, аккуратно и со вкусом. Типичный храм для миссионерской общины. Еще выше, около 15 метров над двором монастыря видна келия отца настоятеля, куда ведет крутая деревянная лестница.

На дворе нас встречают прихожане – почти все итальянцы, перешедшие в Православие. Есть одна румынка с сыном и одна молодая русская женщина из Эстонии. Меня просят принять ее исповедь, так как, несмотря на приобретенное всего лишь в течение года хорошее знание итальянского, у нее есть потребность поисповедоваться на родном языке. Ее зовут Виктория. Эта исповедь проходит не в монастырском корпусе, а в храме. Молодой иеромонах Гавриил, рукоположенный всего лишь два года тому назад, по греческому обычаю еще не имеет право принимать исповеди. Так что, духовник в монастыре один.

Уже только перед самым началом литургии встречаемся и знакомимся с настоятелем. Он был женат, имеет двоих взрослых детей. Когда овдовел, пошел в францисканский монастырь. Во время одной командировки в Польшу познакомился с Православием, и тут все началось. Говорит только по-итальянски, а отец Гавриил переводит на английский.

Настоятель предлагает мне возглавить службу, мол, у них так принято. Отказываюсь. Я ведь приехал изучать греческие обычаи, а не предстоятельствовать. Читаем входные молитвы, облачаемся все трое в светло-зеленые облачения греческого пошива. Внимательно смотрю, как отец Гавриил совершает проскомидию по греческому чину на одной просфоре. Вино, о чем я давно был извещен по электронной почте – местное. Нельзя забыть, что мы находимся в центре винодельного района Асти. Хорошо, что нет греков: что за ересь, скажут, - только на «Мавродафне» служить можно!...

Литургия целиком на итальянском языке. В храме около двадцати человек. Дети, молодежь, взрослые, пожилые. Средний возраст около 30 лет. Нет грудничков и совсем маленьких детей, так что – Лизочка в центре внимания. Поют не профессионально, просто, но чинно. В алтаре прислуживают два молодых человека в подрясниках (чтецы?).
После Евангелия настоятель произносит проповедь. Отец Гавриил с улыбкой шепчет: «надеюсь, что не очень долго говорить будет...». Говорит минут 30-35: об экуменизме, о папе римском – все это связывает с темой мытаря и фарисея (не трудно понять даже иностранцу, кому из двух бывший католический патер, познакомившийся с Православием в Польше, уподобляет нынешнего понтифика).

На Великом входе мне предоставляется поминать Московского Патриарха вслед за Константинопольским. При возношении имени Святейшего Патриарха Московского все присутствующие набожно крестятся. Все возгласы, выпадающие на мою долю, читаю по-славянски, также одну малую ектению и просительную перед причастием. Раздробляю Агнец, но довольно неудобно. Хлеб с толстой и черствой коркой, а все это на дискосе. Принимаю спонтанное решение пожертвовать наши софринские блюдечки и дощечки, аще отец Виталий изволит привезти из Москвы. Наконец, причащаю народ. Почти все присутствующие причащаются – в том числе, конечно, Лизочка.

После службы все встречаются в чайном салоне. Такое мое название произвольное, поскольку итальянцы пьют эспрессо. Кто-то испек сдобный пирог, кушаем шоколадные конфеты и национальные итальянские сладости. Передаем подарки: архимандриту Ливию набор Псковской водки «Александр Невский» и шоколадное ассорти, а иеромонаху – книгу о Веймаре на английском языке. Мне дарят настольный деревянный крест с Афона.

Общаемся с прихожанами. Лизочка хочет играть с болонкой «Пипо», но монахи говорят, что с ней опасно. Играть лучше с «Томом». Оказывается, что «Том», это – бульдог (вернее, боксер, но не важно), встретивший нас при въезде в монастырь.

Когда богомольцы расходятся, отец Гавриил нас приглашает на обед в ресторан. Перед отъездом заходим снова в храм. Я вспомнил, что перед литургией мне дали приложиться к частице мощей небесного покровителя монастыря св. Василия Великого. Прошу настоятеля благословить ими Лизочку, что он охотно исполняет.

Обедаем в ресторане нашего отеля. Меню нет, а просто приносят одно блюдо за другим. Все изумительно вкусно. Пьем вино «Дольчетто», - то самое, на котором только что служили. Вино универсальное, - и столовое и литургическое. Отец Гавриил обещает прислать нам  несколько бутылок (что к этому времени он и исполнил). Оно легкое, приятное, от него голова не тяжелеет, как от «Мавродафне».

Обсуждаем все животрепещущие церковные вопросы. Отец Гавриил скорбит о том, что в Италии «развелось» множество псевдо-православных «чудотворцев», к сожалению проникающих тоже в структуру Московской Патриархии. Говорят: «Москва далеко!».

Как-то заходит разговор о «Дон Камилло и Пеппоне». Сколько я Оле рассказывал о них, но она никогда не смотрела эти фильмы. Тут вижу, что мой собеседник задумался и замысловато произнес: «сейчас отдыхайте после службы, а я вечером заберу вас в монастырь на ужин».

После отдыха около часа прогуливаемся по центру города Салуццо. Это – «настоящая» Италия: за два дня мы не видели ни одной машины с иностранным номером. На нас зато смотрели как на инопланетян.

Вечером мы снова в монастыре. Но перед ужином нас вводят в салон чаепития, где стоят телевизор и видеомагнитофон. Смотрим «Товарищ Дон Камилло» в оригинале. Оказывается, у серьезного и на вид строгого архимандрита есть одна слабость – «Дон Камилло и Пеппоне». Умираем со смеху, несмотря на двойной симультанный перевод с итальянского на английский и с английского на русский. А веселее всего Лизочке, которая смеется со взрослыми.

Потом ужинаем. Спагетти Болоньезе а ля Архимандрит. Лизочка, которая от расстройства желудка неделю до этого еле-еле клевала, стала есть как взрослая. Нам дают мясо, сами монахи едят птицу, как принято у греков. Пьем вино, затем граппу. Приносят сыр – мммммм, только жаль что нет папы.

Лизочка наблюдает, как архимандрит кормит монастырского попугая. Тот в лапу берет макаронину и клювом отщипывает по частям. Кроме настоятеля к себе никого близко не подпускает.

Лизочка падает со стула, плачет. Архимандрит бежит в другую комнату  и приносит подарок: сицилианскую карету с крестьянской четой и лошадкой. На прощание нам дарят четыре видеокассеты «Дон Камилло и Пеппоне».

Утром перед отъездом рассчитываемся с хозяином отеля. Нам на память дарит бутылку «Дольчетто».

Он, увидав Олин паспорт, поинтересовался Белоруссией. «Это в Греции или в России?». Объясняю, что это теперь независимое государство на западе России, граничит с Польшей, что население насчитывает около 10 миллионов. Он слушает молча (ну что там 10 миллионов? Это как Бельгия, а в Италии ведь 55 милионов), никакой реакции. Что еще могу сказать на моем переделанном на современный лад латинском языке?

- А, да, столица называется Минск, там около двух миллионов жителей. И тут наконец реакция: «ооооо, так это как Милано!» - Теперь и темпераментному южанину известно, что Белоруссия - не Монако и не Сан Марино.

Все в гостинице очень сердечно нас провожают и мы едем домой. На полпути к Мюнхену мы по длиннющему мосту пересекаем огромную реку по названию По.

К сожалению, Альпы с автострады не видны из-за тумана. Только после поворота на север по направлению Брэннера мы ими любуемся вблизи.
Выше 1000 м еще лежит снег, а ниже уже весна. Вечером приезжаем в Германию и рассказываем подробно о своих приключениях.

Испрашивая Ваших святительских молитв и архипастырского благословения, остаюсь с любовью во Христе Вашего Высокопреосвященства нижайший послушник,

иерей Михаил Рар

8/21 апреля 2001 года
Светлая суббота

Сайт "Русское поле"