Знакомим детей с великими художниками: Кузьма Петров-Водкин

Родительская категория: Культура Автор: Информационная служба "Русское поле" Просмотров: 7364

Русский Центр в Нюрнберге начал новый сезон в проекте "Знакомим детей с великими художниками" с мастер-класса, посвященного Кузьме Сергеевичу Петрову-Водкину: 135-летний юбилей знаменитого русского живописца отмечают в этом году.

Мастер-класс  проводила Марина Вестфрид - профессиональный художник, преподаватель живописи. Вначале педагог знакомит ребят жизнью с творческой биографией художника, раскрывает его художественные приемы и мотивы.

Затем сами дети выполняют рисунки, подражая манере знаменитого мастера, даже порой вступают с ним в творческую дискуссию. Подобные мастер-классы в Русском центре уже познакомили юных художников с живописью Ван-Гога, Малевича, Кустодиева, Сурикова и других гениев мировой живописи, рассказала Нателла Якимов (Русский центр, Нюрнберг).

 

"Русское поле"


Кузьма Петров-Водкин

С наступлением XX века началась эпоха глобальных социальных процессов, стремительного овладения земным и околоземным пространством, великих научных открытий, меняющих вековые представления о строении и законах мироздания. "Человек впервые понял и ощутил, что он - житель планеты и может, должен мыслить и действовать... не только в аспекте отдельной личности, семьи, рода, государства, ...но и помня о планетном характере развития жизни, человека и общества" (В.И. Вернадский). Стремление идти "с веком наравне", постичь и воплотить новый характер взаимоотношений человечества и вселенной, проникнуть в структурные первоосновы, законы космического всеединства присуще и многим русским и советским художникам. Но, пожалуй, наиболее наглядно, глубоко и человечно сумел воплотить в живописном творчестве это принесенное нашим столетием "вселенское чувство" Кузьма Сергеевич Петров-Водкин. Художник-мыслитель, один из творцов эстетики нового мира, он сумел органично соединить в своих произведениях мышление "планетарными" категориями и верность извечным началам и высшим ценностям духовной культуры, национальным традициям.

Путь становления Петрова-Водкина как человека и художника был долгим и тернистым. Он родился в Саратовской губернии, в небольшом приволжском городке Хвалынске. Детство его прошло среди простых и добрых людей (Петров-Водкин был сыном сапожника) и оставило в его душе многоцветные и радостные воспоминания о красоте заволжских далей, плодовых садах, каждый год расцветающих белым цветом, о поэзии и мудрости народных сказок и песен. Но радость первых жизненных впечатлений сменилась трудными "университетами" юности среди жестокостей и нелепостей мещанского быта провинциальной России. Уже избрав профессию художника и поступив в 1897 году в Московское училище живописи, ваяния и зодчества (до этого он учился краткое время в Самарских художественных классах и петербургской школе Штиглица), Петров-Водкин с горечью писал матери: "На божьем свете такая масса слез, горя, нужды непроходимой, что все радостное затерялось в мире, а счастья и за хвост не поймаешь". Его любимым преподавателем стал В.А.Серов, близкий Петрову-Водкину этической чистотой, жаждой "отрадного" (памяти Серова и Врубеля художник впоследствии посвятил картину "Играющие мальчики", 1911).

К.Петров-Водкин. «Скрипка» 1918.

Но существовавшие формы художественного освоения жизни уже не устраивали молодых русских художников. Остро переживая кризисное состояние русского общества, разлад между природой духовного творчества, своими сокровенными стремлениями и тягостной действительностью, Петров-Водкин, как и его друзья и земляки-саратовцы П. Кузнецов, А. Матвеев, П. Уткин, стремились к еще более глубокому, универсальному знанию об "общей жизни", углублялись во внутренний мир своих переживаний в поисках "вечных сущностей" бытия.

В 1900-х годах Петров-Водкин много занимается философией, сам пробует силы в литературе, путешествует по Европе и Африке. Под влиянием немецкого и французского символизма он пытается выразить волнующие его духовные коллизии времени в туманно-многозначительных аллегорических композициях ("Элегия", 1907; "Колдуньи", 1907; "Сон", 1910). Наконец, преодолев искус увлечения отвлеченными от реальности умозрительными символическими конструкциями, Петров-Водкин в начале 1910-х годов приходит "к себе", к ясному осознанию задач, стоящих перед его искусством. Сохраняя универсальное, символическое значение пространства своих картин, он ставит теперь в их центр образы простых и ясных и в то же время великих и вечных начал человеческого бытия: материнства, безмятежного детства, целомудренной юности, труда.

Как "гимн Аполлону", как заклятие "чудовищного смятения" (А. Бенуа) современной действительности, призывом и предчувствием грядущего очищения и обновления мира была воспринята критикой появившаяся в 1912 году на выставке "Мира искусства" картина Петрова-Водкина "Купание красного коня".

Торжественный, соединяющий яркую декоративность и углубленный психологизм в трактовке "высшей формы на земле" - человеческого лица, стиль работ Петрова-Водкина как бы синтезирует в себе самые различные традиции, духовно и формально близкие художнику. В его живописном языке чувствуется влияние образов Высокого Возрождения и восточного искусства, преемственная связь с искусством А. Венецианова и А. Иванова, близость исканиям современных французских мастеров, прежде всего Матисса. Но особенно важное значение имело для художника открытие в те годы величия древнерусского искусства, которому художник, по его словам, "протягивал руку", чтобы воплотить на своих полотнах "святые" основы человеческого бытия.

При этом художник от предельно абстрагированного пространства (Земля и Небо) постепенно переходит к новым перспективным построениям, которые позволили передать ему остро переживавшееся Петровым-Водкиным ощущение всеобщности мирового движения, "круглоты Земли" и "качки мирового корабля". Замечательная картина 1917 года "Полдень" особенно глубоко и совершенно передает обретенную в это время художником новую "науку видеть". Словно в полете над зеленеющими просторами разворачивающейся в мировом пространстве Земли мы видим жизнь крестьянина в важнейших ее событиях (рождение, любовь, труд, смерть и вновь жизнь в потомстве). И люди, и травы, и животные, и деревья как бы "проявляются" здесь в своей космической сущности - рожденные солнцем, они тянутся к нему, принимают в себя его лучи и расцветают яркими чистыми красками.

К.Петров-Водкин. «1918 год в Петрограде. Петроградская Мадонна». 1920.

Вера в неумирающую силу человеческого духа, неминуемое конечное торжество на Земле "простой и доброй социальности" обусловили восторженное принятие Петровым-Водкиным Великой Октябрьской революции. "В хаосе строительства всякому не поглощенному в личные счеты, ...проглядывающему за пределы временного замешательства, звучит надеждой одна струна: Будет прекрасная жизнь! ...Порукой надежды то, что "люд" ощутил себя человечеством, а раз это ощущение явилось, ...оно не исчезнет. ...Облик брата-человека ярко наметился среди хлама запутанных ...околичностей жизни", - писал он в 1917 году.

Свое понимание революции как всемирно-исторического явления, открывающего человечеству путь к совершенству, он воплотил в ставших классикой советского искусства картинах "1918 год в Петрограде" (1920) и "Смерть комиссара" (1928).

Высокий гуманистический смысл воплощен художником и во многих портретных работах советского периода ("Автопортрет", 1918; "Портрет А.Ахматовой", 1922; "Портрет В.И. Ленина", 1934).

Тревога. 1919 г.
В золотой фонд советского искусства вошли и многочисленные работы Петрова-Водкина в жанре натюрморта. В каждом из них находит неповторимое претворение тот синтез поэзии и точного знания, любовного внимания к "живой жизни" и умозрительного постижения всеобщих законов существования форм в пространстве и времени, который составляет основную особенность художественного мышления живописца. "Остраняя" восприятие привычных предметов неожиданными ракурсами и криволинейными перспективными построениями, Петров-Водкин заставляет как бы новыми глазами увидеть мир вещей и ощутить их причастность к бесконечности.

Петров-Водкин с первых лет революции был активным участником художественной жизни Советской страны, входил в одно из самых значительных художественных обществ 1920-х годов - "4 искусства". Немало сил он отдал преподавательской деятельности, разработке теории живописи. Он стремился передать молодежи свою захваченность переживанием космической природы жизни, научить "живому смотрению" на мир и повторял как завещание грядущим поколениям: "Мыслите о Земле как о планете, и никогда не ошибетесь, ребята!"

Использованы материалы статьи Вл.Петрова в кн.: 1989. Сто памятных дат. Художественный календарь. Ежегодное иллюстрированное издание. М. 1988.

Источник: www.hrono.ru

Натюрморт. Черёмуха в стакане. 1932 г.

ПЕТРОВ-ВОДКИН Кузьма Сергеевич (24.10/5.11.1878-15.02.1939), русский художник. Учился в Петербургском Центральном училище графики (1896-97) и Московском училище живописи, ваяния и зодчества (1897-1905) у В. А. Серова. Брал уроки в Мюнхене и в частных академиях Парижа, посетил Италию и Северную Африку. В начале века был под влиянием символизма и модернизма. Широкую известность принесла ему картина “Купание красного коня” (1912). Входил в объединение “Мир искусства”. Среди лучших работ художника романтико-патетические картины на революционные темы “1918 год в Петрограде” (“Петроградская мадонна”), “После боя” и “Смерть комиссара”. Участвовал в выставках “Золотое Руно” (1909-10), “Мир искусства” (1910-24), общества “Жар-Цвет” (1924), “Четыре искусства” (1925-29). Среди литературных работ Петрова-Водкина (рассказы, повести, очерки, теоретические статьи) наибольший интерес представляет автобиографическая книга “Моя повесть”.