Бессмертный полк. Мой дедушка - Николай Семенович Пугачёв, благодаря ему я вижу мир иначе

Категория: Бессмертный полк Автор: Юлиан Тюлегенов Просмотров: 628
Совсем скоро исполнится 75 лет со дня окончания Великой Отечественной войны, 75 лет великой Победе, доставшейся нашим предкам огромной ценой.

 

Сегодня я не могу представить в полной мере нечеловеческие усилия, самоотдачу и стойкость тех людей, которым я в итоге обязан жизнью. Ведь сегодня порой бывает, что бытовые проблемы, будь это в учебе или на работе, подавляют меня, иногда и вовсе выбивая из колеи.

 

Именно в эти мгновения я вспоминаю про тех «сверхлюдей» - многие из них в моём возрасте уже прошли войну с самого начала до победного конца, многие получили ранения и очень многие не вернулись из жестоких боев. После безмерных страданий и победы над сильнейшем врагом, они возвращались на родину, начиная восстанавливать опустошенную и разрушенную страну.

 

Судьбы тех людей заставляют меня видеть мир иначе, преодолевать уныние и браться с новыми силами за дела - особенно потому что одним из тех людей был мой дедушка Николай Семёнович Пугачёв.

 

Он родился в 1924 году в городе Токмаке, Киргизской ССР. В юности, желая побыстрее поступить на службу в Рабоче-крестьянскую Красную Армию, Николай Семёнович изменил ручкой год рождения на 1921, так что в 1940 году он уже был призван и к началу войны ему было всего 17 лет.

 

Окончив полковую артиллерийскую школу и получив звание младшего лейтенанта, мой дедушка был направлен командиром отделения в Прибалтийский военный округ, район города Каунаса. Там, у станции Козлово-Эудо (или Козлово-Руда, лит. Kazlų Rūda), 30 километров юго-западнее Каунаса, он 22 июня 1941 года принял свой первый бой.

Тогда его расчёт расстрелял все снаряды, но противник всё продолжал наступать. Пришлось подорвать орудие и технику и отступать - сначала к Каунасу, а потом дальше к Минску.

 

В Минске 24 июня дедушка застал первый массированный авианалёт на город. Дальше последовало отступление к Москве. Шли пешком, так как не хватало топлива, всю технику и орудия приходилось тащить на себе.

Под Москвой осенью 1941 года Николай Семёнович участвовал в оборонительных боях в районе Калинина (сегодняшней Твери) и подо Ржевом, где его часть попала в кольцо немецких войск.

 

Выведя расчёт его орудия из окружения к своим, мой дед находился под следствием НКВД. Ему тогда повезло, потому что из-за острой нехватки кадров его вскоре отпустили, разжаловав до сержанта, и он поступил вновь на службу.

К этому времени часть уже получила гвардейское звание за успешные бои под Москвой и была переименована в 168-ю Гвардейскую корпусную артиллерийскую бригаду. Она наступала через город Торопец на Прибалтику.

В районе Риги Николай Семёнович был ранен снайпером. Ранение было тяжелое, но пуля прошла на вылет. После госпиталя его направили на курсы младших лейтенантов и, поступив на службу в новом звании, он уже командовал батареей.

 

Боевой путь для моего дедушки продолжился на 1-м и 2-м Прибалтийских фронтах освобождением Латвии, Эстонии и Литвы, участием в наступлении на Кёнигсберг.

За всю войну дедушка был награждён орденом Красной Звезды, орденами Отечественной Войны II и III степени, медалью «За оборону Москвы» и многими юбилейными медалями.

О подвиге, который привел к награждению моего дедушки орденом Отечественной Войны II степени, я смог найти информацию в документах, опубликованных на сайте «Подвиг Народа».

Там было написано, что расчёт под командованием Николая Семёновича Пугачёва, поддерживая огнём и колёсами наступающую пехоту, уничтожил одно орудие и до взвода солдат и офицеров противника, подавил две огневые точки и отразил шесть контратак. В итоге этого боя были захвачены два населённых пункта.

По рассказам, орден Красной Звезды дедушка получил во время боёв под Москвой, предположительно уже после выхода из окружения.

 

Конец войны он встретил в городе Либаве в Латвии и был демобилизован в 1946 году.

 

До 1955 года он оставался в Прибалтике, был директором мельницы. Возвратившись на родину, мой дедушка работал на авторемонтном заводе в Токмаке (Киргизской ССР) и шахтером на руднике в городе Аксуеке (Казахской ССР), женился на моей бабушке Наталье Кузьминичне Ткаченко.

 

 

Вместе они воспитали двоих детей, мою маму и тётю, видели внуков и даже правнуков. В 2005 году Николай Семёнович Пугачёв умер, а в 2011 умерла моя бабушка Наталья Кузьминична.

Сегодня мне жаль, что тогда я был ещё ребёнком и не полностью осознавал, что дедушка мог мне рассказать всё сам, лично, что это можно было бы запомнить и сохранить для последующих поколений.

 

При этом, я очень счастлив, что ещё помню его и бабушку, что в детстве мы часто ездили к ним в гости, я мог с ними быть вместе и послушать их истории, которые были в основном не о войне.

Сам по себе он редко и неохотно вспоминал о том жутком времени и лишь по просьбе что-то рассказывал, особенно когда об этом просили дети - будь то школьники, писавшие о ветеранах, или его собственные дочки и внуки.

 

Также я рад, что часть его орденов и медалей, его часы сегодня хранятся в моей комнате, что эта память не будет утеряна и будет передаваться дальше моим детям и внукам.

 

О прежних врагах, немцах, дедушка всегда высказывался с уважением, вспоминая их дисциплину и любовь к порядку, что всё у них было продумано - будь то трофейные вещи повседневного быта или захваченная немецкая техника и сухпайки.

Он тоже когда-то рассказывал, что мечтает попасть в Германию, сесть в каком-то городке со всеми орденами и медалями на груди в ресторанчике, и выпить кружку немецкого пива, чтобы все видели: вот он – победитель!

 

 

К сожалению, это не смогло сбыться, но заставило меня понять, что, оказавшись тут, в Германии, я должен быть достойным потомком победителя.

 

На своём личном примере, своими знаниями и поведением, в профессиональной сфере или в простом быту, надо показать – вот они, потомки тех людей, которые спасли мир от нацизма, и они не оскверняют своими поступками своё великое Отечество, а прославляют его.

 

Юлиан Тюлегенов