М.Владимир: Мы занимаемся поддержкой лиц, чьи права нарушаются по этнокультурному признаку

Родительская категория: Имеем право!
Автор: Информационная служба "Русское поле" Просмотров: 28394

Михаил Владимир в своем интервью ответил на вопросы газеты "Пражский телеграф":

- Михаил Михайлович, Фонду поддержки и защиты прав соотечественников едва исполнилось два года, многие даже не знают о его существовании. Расскажите, какова его основная деятельность?

- Мы работаем там, где нарушаются индивидуальные или коллективные права наших соотечественников. Не буду вдаваться в трактовку понятия «соотечественник», которое закреплено в законе Российской Федерации. Если говорить коротко, соотечественником за рубежом, в контексте уставных задач Фонда, может быть каждый, кто себя таковым считает, кто так или иначе был связан с Российской империей, Советским Союзом, Российской Федерацией или является потомком тех, кто когда-то был связан с нашей страной.

- Может ли считаться российским соотечественником гражданин Чехии или, например, Украины?

- Безусловно, да, если он себя таковым считает. Это вопрос самоидентификации. В законе оговорено, что российскими соотечественниками являются все граждане Российской Федерации или неграждане РФ, но бывшие таковыми, или не бывшие таковыми, но бывшие гражданами СССР или Российской империи, или их потомки.

- Широкое понятие. Представим, что человек не является гражданином РФ, не жил в России, его история никак не связана с Россией, но он, скажем, русофил, хочет иметь как можно больше общего с Россией и вообще считает себя соотечественником. Вы станете поддерживать такого человека?

Станем. Конечно, в чисто юридическом смысле, согласно закону, он не является соотечественником.

Аналогов понятию «соотечественник» в международно-правовых документах нет. Есть так называемые национальные меньшинства. И в различных документах и ООН, и ОБСЕ тоже говорится о национальных меньшинствах. Принадлежность к меньшинству – это тоже вопрос самоидентификации, и только личный выбор человека, а не государства, относит или не относит его к национальному меньшинству.

- Таким образом, Фонд защищает права национальных меньшинств, так или иначе связанных с Россией?

- Мы занимаемся поддержкой лиц, чьи права нарушаются по этнокультурному признаку. Допустим, если в законе некоего государства закреплено право на изучение и распространение русского языка, создание русских детских садов и школ, а на деле это запрещается или не получается из-за возникающих препятствий – тут мы, конечно, можем помочь.

Защищаем и коллективные, и индивидуальные права. Хотел бы подчеркнуть, что мы, конечно же, готовы защищать права соотечественников и юридически, и в судебном порядке адвокатами, окажем и финансовую поддержку, но только если нарушаются права именно по этнокультурному признаку, установленные в законе. Если же человек виноват в ДТП или украл велосипед, то это не к нам.

- Как вы действуете в случае притеснения по этническому признаку?

- Если к нам поступила заявка (на сайте pravfond.ru подробно объясняется, как её оформить), если человек считает, что его лично или группу лиц притесняют как представителей национального меньшинства, то мы эту заявку рассматриваем.

- Приведите, пожалуйста, примеры действий, которые, на Ваш взгляд, можно рассматривать, как притеснение по этническому признаку?

- Возьмём Прибалтику. Там есть граждане и неграждане. Кто такие неграждане? Откуда взялись люди, которые имеют серые паспорта, в которых написано, что их владельцы – неграждане? Что это? Притеснение человека? Или, например, не разрешают создавать школы с обучением на русском языке, хотя, согласно документам, они имеют право на существование.

Группа граждан обращается в местный муниципалитет с просьбой открыть русскую школу, а им не разрешают. И тогда мы оказываем поддержку, чтобы доказать властям, что они обязаны разрешить существование такой русской школы, так как государство имеет обязательства перед национальным меньшинством.

- Каковы были бы ваши действия в данном случае?

- Надо смотреть, какие юридические документы существуют по созданию школ для национальных меньшинств. Мы вместе с соотечественниками анализируем местные законы и международные обязательства. Вступаем, если они нарушаются, хотя это вообще очень сложно.

Вот недавно я был в Мюнхене,где одна мама  обратилась ко мне с жалобой: «Ребёнок на перемене разговаривал с одноклассником на русском и получил замечание, а за три замечания исключают из школы, помогите!». Я говорю: «Минуточку, а что говорится в уставе школы? Там записано, что можно или нельзя говорить на русском языке во время перерыва? И второе: за что ребёнка наказали? За то, что он говорил по-русски, или всё же за то, что громко разговаривал и мешал другим детям?».

Это очень тонкие материи. Если мы докажем, что устав школы противоречит местному закону или обязательствам страны, то сможем отстоять права соотечественников.

- Как это выглядит на практике? К вам поступает заявка…

- Мы консультируемся с коллегами, запрашиваем мнение Координационного совета наших соотечественников, мнение Россотрудничества и т.д. И на основании этих данных выносим заявку на рассмотрение правления Фонда. Тот или принимает, или отклоняет ,если она не соответствует целям и задачам Фонда, либо мы не согласны с предложенным объемом финансирования. Если заявка принята, мы подписываем договор с подавшим её соотечественником.

- Фонд существует два года. Сколько заявок поступило за последний год?

- Несколько тысяч обращений, из них несколько сотен – касательно получения гранта или поддержки. Процентов восемьдесят прошений мы удовлетворяем.

- Какие гранты выделяет Фонд?

- Например, средства на мониторинг соблюдения прав и законных интересов соотечественников и публикацию результатов, проведение семинаров и конференций по вопросам правовой поддержки. Есть и целевые проекты, например, мы оказали помощь ветеранам в Прибалтике и других постсоветских регионах.

- Если бы у Вас спросили, чем Вы гордитесь за всё время своей деятельности, что бы Вы привели в пример?

- Некоторые выигранные при нашей поддержке дела по заявкам наших пенсионеров в Прибалтике. Мы этим гордимся, удалось оказать помощь в целом ряде очень важных случаев. Мы гордимся тем, что удалось отстоять право на существование русскоязычных школ в Молдавии, и тем, что удалось поддержать наших ветеранов-пенсионеров и помочь нуждающимся в социальной поддержке.

- В каком положении находятся наши соотечественники на постсоветском пространстве по сравнению с другими странами?

- В каждой стране всё по-разному.

Разве справедливо, что российских соотечественников называют национальным меньшинством в той же Украине, в Киргизии, Туркмении и т.д.? Разве они туда иммигрировали? Нет, они там остались, так получилось. Поэтому, на наш взгляд, они не могут считаться ни иммигрантами, ни нацменьшинством, они – часть коренного населения.

В Финляндии российские соотечественники не относятся к национальным меньшинствам, а вот цыгане, например, или лапландцы – да, а шведы, которых там живёт всего пять процентов, имеют  очень обширные права, вплоть до того, что шведский язык является вторым государственным языком.

В Венгрии, чтобы народности стать национальным меньшинством, надо прожить минимум 100 лет на территории страны. Украинцы, к примеру, или такая небольшая группа, как русины, имеют в Венгрии статус национального меньшинства, а русские нет.

Всего же там 13 национальных меньшинств. Они получают места в парламенте по национальному признаку. На последних выборах русины, которых в Венгрии всего 3024 человека, получили одно место в парламенте. А вот в Закарпатской области Украины ,где по некоторым оценкам проживает 800 000 русин, Киев не признаёт их нацменьшинством вообще.

В каждой стране свое внутреннее законодательство, я не знаком с законами Чехии, и не знаю, на основании каких критериев здесь то или иное сообщество людей получает права национального меньшинства. Ведь это означает и госфинансирование, и языковую поддержку и т.д.  Если таковые права есть и они нарушаются, то наш Фонд этим занимается. Из Чехии к нам обращений пока не поступало.

- Наших соотечественников сейчас всюду немало. Где им, по-Вашему, сложнее живётся — на постсоветском пространстве или в других странах?

- В последнее время мы открываем центры правовой защиты и в Бельгии, и в Израиле, а уж там права человека  защищены так, что будь здоров! Тем не менее помощь нужна и там. Правда, чаще там поднимаются вопросы социально-бытовые, но квартиры и пенсии – это уже не всегда в нашей компетенции. Мы получаем заявки и из стран Западной и Центральной Европы, Ближнего Востока, но открываются центры там, где необходимость более острая, прежде всего это страны, входившие ранее в состав СССР.

Хочу быть правильно понятым: не мы открываем эти центры, они создаются при организациях соотечественников, которых мы поддерживаем грантами. Это не центры правовой защиты, принадлежащие Фонду, а центры тех или иных организаций наших соотечественников за рубежом.

По материалам pravfond.ru

***