История оживает в лицах: на могилах советских воинов в Нюрнберге появятся фотографии

Parent Category: Новости Written by Елена Еременко Hits: 7747

Почти на каждом, даже самом маленьком немецком кладбище можно найти захоронения советских солдат. Часто это братские могилы, стелы или плиты, где значатся лишь имена, дата рождения и год смерти. Их лиц никогда и никто уже не увидит...

В Нюрнберге 9 мая, на Южном кладбище на плитах рядом с именами появятся фотографии солдат, похороненных здесь - их живые лица.

Историю появления фотографий наша редакция узнала из первых рук, от инициаторов акции — Ирины Фиксель, руководителя Русско-немецкого культурного центра (Нюрнберг) и Феликса Измайлова, москвича, у которого на воинском кладбище в Нюрнберге похоронен дед.

Там, где проходили бои — это могилы погибших в бою, на северо-востоке страны, от польской границы до Берлина. На всей остальной части Германии — могилы тех, кто попал в плен и содержался в лагерях для военнопленных или для интернированных.

- Феликс, как началась эта история?

- Праздник 9 мая в моей семье праздновали всегда, и всегда в этот день были слезы. Мой дед, Василий Дмитриевич Измайлов тридцатого июня 1941 года получил диплом об окончании Московского института инженеров связи, и сразу был зачислен на курсы младших офицеров. Он был связистом.

Моей маме, его дочери был 1 год, когда он ушел на фронт. Моя бабушка получила извещение о том, что её муж пропал. Она ждала и искала его следы всю жизнь, повторно замуж не вышла. Бабушка умерла в 1986 году и к, сожалению, ничего не узнала о судьбе деда. Наша семья продолжала искать, позже, когда подрос, присоединился и я.

Судьба моей семьи схожа с судьбами миллионов семей соотечественников — наши родные числились пропавшими без вести во время Великой Отечественной войны.

Нам повезло в 2007 году, на наш запрос в Центральный архив Министерства обороны в Подольске нам сообщили о том, что Василий Дмитриевич Измайлов захоронен на южном кладбище Нюрнберга.

Сначала я начал искать в интернете, познакомился с русскоязычными соотечественниками, проживающими в Аугсбурге, они мне помогали на первом этапе. В 2011 году я приехал первый раз в Нюрнберг. Так я увидел место, где захоронен мой дед, нашел его фамилию на одной из сорока мемориальных плит.

Я уже немного знал о военной судьбе деда — в плен он попал на первом этапе битвы за Сталинград, еще на Дону, в августе 1942 года. В лагере под Нюрнбергом он оказался в конце сентября 42 года. Это был большой, состоящий из четырех подразделений, лагерь для советских военнопленных, под номером XIII. Здесь мой дед умер.

Для нашей семьи было большим облегчением найти место его захоронения, узнать немного о его судьбе. Бабушка до конца своих дней пыталась найти его следы.

Когда я оказался здесь, на южном кладбище Нюрнберга и увидел эти захоронения, моя первая реакция была сделать что-то для людей, которые здесь похоронены, для их семей.

Я очень хорошо, на примере своей семьи знаю, что чувствуют родственники пропавших солдат, я просто понял, что это мой долг и понял, что я могу сделать.

На кладбище захоронено 5500 человек. Я сфотографировал сорок плит, на которых указано 3800 фамилий, и решил действовать. Дома, в Москве я перевел все в цифровой вид, и начал устанавливать фамилии.

На плитах все имена транскрибированы латиницей. Особых правил транскрипции не было, поэтому иногда, особенно с буквами «Щ», «Ч», «Ц» возникали трудно сейчас идентифицируемые фамилии. Приходилось проверять множество вариантов. Потом, уже через сайт Министерства обороны стал искать следы похороненных в Нюрнберге солдат.

Работа это достаточно кропотливая, нужно сравнивать и карточки военнопленных с другой информацией, и через упоминания жены или родителей искать дальше.

Хочется сказать несколько слов об этом сайте. Россия, единственная страна, которая открыла все данные о потерях в Великой Отечественной войне. Все, что было собрано за эти годы, в том числе и переданные союзниками архивы, было оцифровано и выведено в интернет.

Вот эта информация и стала моим рабочим инструментом. Из всего списка сейчас расшифровал 3800 фамилий. Удалось найти 119 семей погибших, они действительно ничего до сих пор не знали о судьбе своих родственников. География получилась очень обширная - Москва, Смоленск, Украина... Много разных мест.

Сейчас мы все общаемся, у многих хранились довоенные фотографии, они их переслали мне. В ходе поисков познакомился с работниками отдела военных захоронений посольства России в ФРГ. Мы договорились, что для помощи в работе я получу электронную базу захоронений в ФРГ. Это, безусловно, может ускорить работу.

- Какая реакция у людей, когда вы сообщаете им о ваших поисках?

- Реакция у всех одинаковая — это смесь радости и горечи. Радость от того, что наконец-то семья узнает о месте упокоения, а чувство горечи за уже ушедших матерей и жен солдат, которые так ничего и не узнали о своих сыновьях и мужьях.

Мне повезло, удалось встретиться с вдовой одного из захороненных в Нюрнберге военных, ей сейчас 98 лет. Но это очень редкий случай. Встречался с младшими родственниками — женщине был всего один год, когда её брат ушел на фронт. Больше, конечно, общаюсь с детьми и внуками солдат.

Многие собираются обязательно приехать в Нюрнберг. Все вместе мы планируем собраться в поездку вместе, обсуждаем этот возможный вариант.

- Который раз вы приезжаете в Нюрнберг?

- Уже четвертый раз. Приезжаю вместе с женой. В 2013 году, мы приезжали вместе с моей мамой, ее сестрой и моим двоюродным братом. Для семьи было очень важно, чтобы на могиле отца побывали его дочери. Они сами уже в достаточно преклонном возрасте, для них это было волнительное, но необходимое путешествие.

Для меня самое главное, чтобы ускорить весь процесс. Я знаю, что дети лежащих здесь военных уже сами люди достаточно пожилые и я бы хотел успеть рассказать им о их родных. Сейчас уже знаю немного о этих людях.

Многие из них не сдавались до конца — нахожу в документах лагеря пометки, что некоторые были расстреляны за сопротивление и неповиновение.

Фотографии их говорят о многом — это не сломленные люди, люди с характером. Большинство из них умерло от измождения, непосильного труда, об этом свидетельствуют документы лазарета лагеря. Я делаю, все, что могу, чтобы о их судьбах узнали их семьи.

- Феликс, как вы познакомились с Ириной Фиксель?

- Познакомились через интернет. Решали вместе многие вопросы. Я с большим уважением отношусь к тому, что Ирина делает здесь, в Нюрнберге. Я приехал в этом году, чтобы пройти в рядах Бессмертного полка, с фотографией моего деда. В Нюрнберге этот Полк живет, благодаря усилиям Ирины и её коллег.

- Ирина, как давно ваше Общество проводит памятные мероприятия 9 мая в Нюрнберге?

- Больше десяти лет. Нас уже ждут каждый год работники кладбища, специально для участников митинга устанавливают указательные таблички. Это действительно массовые мероприятия, в прошлом году, на кладбище пришло больше тысячи наших соотечественников.

Наш Бессмертный полк насчитывал более 50 участников. Я хотела бы поблагодарить всех моих коллег, друзей кто помогает мне все эти годы. Это тоже очень большой коллективный труд. Члены нашего общества не только занимаются организационными вопросами, но и распечатывают фотографии, делают рамки.

Последние годы, когда появился сайт «Подвиг народа» ищут для многих обратившихся к нам пожилых людей их родственников. Такая подготовка к празднику 9 Мая занимает у нас не один месяц.

- Ирина, как родилась идея разместить фотографии на кладбище?

- Мы с Феликсом были в постоянном контакте и я знала, что у него уже собралось несколько сот фотографий. История и семьи Феликса и история его поисков не могла оставить нас равнодушными — на наших глазах, с нашим участием для нас оживали сотни историй тех, кто здесь похоронен.

У меня воевали оба деда, наша семья хранит память о них и я точно знаю, как это важно, для всех членов семьи знать, что сделал твой брат, отец, дед, прадед. Мы решили обязательно поддерживать Феликса. Что-то глобальное мы сейчас, сразу сделать не смогли, возможности нашего Общества ограничены. Но оживить эти безликие каменные стелы мы решили.

Когда завтра на кладбище придут нюрнбержцы почтить память всех погибших в самой страшной войне 20 века, они увидят лица тех, кто здесь лежит. Мы будем думать, что  можем сделать дальше. Но это уже вопрос будущего.

Беседовала Елена Еременко

Фото: личный архив Феликса Измайлова; автор современных фото Владимир Солодкий

Комментарии читателей:

Светлана Медведева 9 мая г. 1:16
Страшная, но... такая гордая формулировка - расстрелян за сопротивление!.. Как это важно, как это нужно! Феликсу в ножки кланяюсь, человеческий Подвиг! Он просто продолжает ту борьбу Дедов за Мир, за которую они жизнь отдали!.. Его фото на фоне Потсдамского Цецилиенхоф знаково, приятно, что звезду там так до сих пор и выращивают! Великое Дело сохранение Памяти великих людей, наших Дедов! Спасибо!!!