Письма русского путешественника. Эпизод седьмой: Кёнигсберг (Калининград), часть 1

Written by Альберт Адылов, Анна Федорова Hits: 4188

В этот день, 19 июля 1789 г. Николай Карамзин прибыл в Кёнигсберг. А каким он увидел бы этот город сегодня, в 2016 году? Представить это нам помогли жители современного Калининграда и гости города: краевед Альберт Адылов и Анна Федорова, политтехнолог.

Окажись Карамзин в нашем городе во второй раз сегодня – он, конечно же, был бы впечатлён изменениями. Ну, все, в общем, знают, что за время, прошедшее с момента написания "Писем русского путешественника", Кёнигсберг сменил сначала подданство, потом название, а потом и национальный состав населения".

Альберт Адылов, краевед:

Николай Михайлович этого, конечно, предвидеть никак не мог. Да и в деталях с карамзинским текстом наберётся много различий. Но кое в чём, картина за 227 лет, как ни странно, почти не изменилась – впрочем, обо всём по порядку.

Кёнигсберг больше не Кёнигсберг, не столица Пруссии, и не "один из больших городов в Европе" - теперь это более чем средних размеров российский областной центр Калининград. Население, правда, выросло больше чем в 10 раз, и приближается к полумиллиону, и длина окружности кольца возведённых через 100 лет после карамзинского визита фортов составляет уже не "около пятнадцати вёрст", а 43 километра, и в целом город за эту границу пока не вышел.

"Большие купеческие суда" по реке теперь высоко не поднимаются – ограничиваются портом.

"Такие огромные, как в Москве или в Петербурге", дома здесь, наконец, появились, правда, украшают ли они город – это предмет постоянных дискуссий горожан.

Зато дом – доказанный современник Карамзина – в городе остался один (слева), и выглядит чрезвычайно скромно, да и эту скромность почти невозможно разглядеть из-за рекламных конструкций.

Гарнизон по-прежнему многочислен и брав, правда, двуугольных шляп и синих мундиров с оранжевыми отворотами военные больше не носят – ходят больше в камуфляжной униформе, но изображением мы данный факт не проиллюстрируем: неизвестно, чем это закончится в столь сложное время – не будет ли воспринято как разглашение военной и государственной тайны… Короче, поверьте на слово.

О "маленьком домике" Иммануила Канта нет и помину, а памятная доска о другом домике, в котором будущий великий философ родился и прожил до 1740 года, закреплена на здании гораздо более поздней постройки.

Переход Карамзина в своём тексте от Канта к «здешней кафедральной церкви», точнее, к собору, вполне уместен, ибо в специальной усыпальнице при нём впоследствии Кант и упокоился.

Собор по-прежнему огромен, и барельефы "маркграфов" с их верными жёнами на своих местах – правда, с некоторыми утратами.

Справедливости ради нужно заметить, что с 1944 года и сам собор полвека простоял в руинах, но, всё же, дождался реставрации, и сейчас выглядит примерно таким, каким его видел Карамзин. Правда десять лет назад в городе появился другой кафедральный собор – православный, из-за чего иногда бывает путаница.

Русского консульства в городе, по понятным причинам, больше нет, зато есть германское.

На месте исчезнувшего полвека назад замка – пустырь с котлованом, на котором, говорят, уже на днях должны начаться работы, в результате коих появится или новый замок, или некое напоминание о старом (этого никто точно не знает, как и того, не прозвучит ли в последний момент из Москвы "Я вас!").

"Изрядные сады", то есть, по сути – парки и скверы - по-прежнему радуют глаз и "чистят воздух", и хотя многие деревья в последние годы пали жертвой точечной застройки – Калининград до сих пор не менее зелен, чем Кёнигсберг, а может, и зеленее.

"Ярманка" шумит прямо за строительным забором вокруг бывшего-будущего замка.

Горожане там, правда, не нарядами друг перед другом хвалятся, и не кофе пьют, а покупают по выходным дням относительно дешёвые (от производителя) сельхозпродукты, но – из песни слова не выкинешь: была при Карамзине "ярманка" - как говорится, вот она, уж какая есть, получите.

И даже в Берлин отсюда можно до сих пор уехать, только "почтовые коляски" на вид сильно изменились. Так что, возможно, Карамзин сегодня решил бы, что в городе мало изменений – если смотреть в корень.

…Совсем забыл! Есть, есть в бывшем Кёнигсберге одно нововведение, которое русскому путешественнику 227-летней давности несомненно, понравилось бы: теперь в этом городе есть улица Карамзина и одноимённый торгово-развлекательный центр - "Карамзинъ". Что, наверное, логично: ведь теперь это русский город.

Альберт Адылов, фото автора.


Еще один наш автор - Анна Федорова, политтехнолог, часто приезжает в Калининград по работе и очень любит этот город. Мы спросили Анну, куда, по ее мнению, мог бы пойти сегодня гость города - молодой Николай Карамзин? Вот что она ответила.

Анна Федорова: 

Первое. Правительство Калининградской области - ул. Дмитрия Донского, д. 1. Раньше здесь находилось Финансовое управление провинции Восточная Пруссия. Темно-красное основательное немецкое здание с изогнутой линией фасада, кованые двери работы Германа Брахерта.

Это отличный пример исторической преемственности - и тогда, и сейчас это здание было одним из символов власти. Кенигсберг-Калининград очень изменился, но кое-что осталось прежним. Я думаю, это самое красивое в России региональное правительство. Стоит идти сюда на закате! 

Второе. Собор на острове в самом сердце города, едва переживший бомбардировки (очень долго стоял разрушенный) и восставший из руин. Весной на острове цветут каштаны. В соборе сейчас концертный зал с органом. Википедия говорит, что Карамзин бывал в этом соборе в 1789 году.

В его путевых заметках сохранилась запись, посвящённая собору: "Здешняя кафедральная церковь огромна. С великим примечанием рассматривал я там древнее оружие, латы и шишак благочестивейшего из маркграфов бранденбургских и храбрейшего из рыцарей своего времени. "Где вы, — думал я, — где вы, мрачные веки, веки варварства и героизма? Бледные тени ваши ужасают робкое просвещение наших дней. Одни сыны вдохновения дерзают вызывать их из бездны минувшего — подобно Улиссу, зовущему тени друзей из мрачных жилищ смерти, — чтобы в унылых песнях своих сохранять память чудесного изменения народов".

Третье. И конечно, Карамзин обязательно посмотрел бы на Дом Советов. Это здание со странной судьбой, так до конца и не достроенное, предмет горячих споров о том, что делать с советским наследием. Местные жители его ненавидят, называют уродцем. Впрочем, я думаю, что если его соберутся сносить, мнения очень разойдутся.

Да, это недострой с выбитыми стеклами в самом центре города, так и не приспособленный ни к чему. Его архитектура не сочетается ни с чем из его окружения. Вокруг Дома Советов - бесхозное пустое пространство. Но это один из символов Калининграда, и в нем есть своя прелесть.

Анна Федорова, фото автора

***

От Редакции: Кенигсберг, при любых маршрутах Карамзина лежал "не по дороге". Но для путешественника этот город был одним из обязательных пунктов поездки. Связано это было, конечно же, с именем Иммануила Канта, философа, родоначальника немецкой классической философии. Почему Карамзину, только что покинувшему круг Новикова, где к Канту относились, мягко говоря, очень недружелюбно - его скептическая философия наносила весомые удары по мистическому московскому масонству, нужно было его навестить?

Молодой Карамзин был хорошо знаком с трудами Канта - забегая вперед заметим, что после встречи с философом в Кенигсберге, он сообщает в письме: "Он записал мне титулы двух своих сочинений, которых я не читал: "Kritik der praktischen Vernunft" и "Metaphysik der Sitten"— и сию записку буду хранить как священный памятник." - Как мы видим, остальные, изданные на тот момент труды философа юный Карамзин уже прочел.

Карамзин пишет о Канте: "Он знает Лафатера и переписывался с ним. - "Лафатер весьма любезен по доброте своего сердца, — говорит он, — но, имея чрезмерно живое воображение, часто ослепляется мечтами, верит магнетизму и проч." — Коснулись до его неприятелей. - "Вы их узнаете, — сказал он, — и увидите, что они все добрые люди".

Как мы видим, Карамзин в беседе с Кантом интересуется его идейным антогонистом - швейцарским мистиком Лафатером, идеи которого вдохновляли московских масонов, к числу которых еще совсем недавно принадлежал и сам Карамзин. Интересно, что философы, стоящие на совершенно противоположных позициях, состоят в дружеской переписке, Кант называет Лафатера "человеком добрым".

Для нас, наверное, важно отметить широту карамзинского взгляда - он ведь и сам переписывается Лафатером, и спешит на аудиенцию к его противнику - Канту. Для него важно составить полную картину философской эпохи своего времени. Кант - его первая остановка, а встреча с Лафатером будет впереди.

Наш проект продолжается, и сегодня мы добрались до очередного эпизода карамзинского текста "Кенигсберг, 19 июня 1789."

От души благодарим наших авторов, а также и читателей, кто помогал найти авторов для этой главы! Искали, без преувеличения, всем миром, извилистыми путями, через дальние страны.

Все завершилось хорошо, и мы готовимся с вами, дорогие читатели, к продолжению нашего путешествия с Николаем Карамзиным, нас ожидает теперь глава "Мариенбург, 21 Июня" (территория современной Польши).

© "Русское поле"

Все материалы проекта "Карамзин в пути":

ПИСЬМА РУССКОГО ПУТЕШЕСТВЕННИКА: ЭПИЗОД ШЕСТОЙ: ТИЛЬЗИТ (СОВЕТСК)

ПИСЬМА РУССКОГО ПУТЕШЕСТВЕННИКА. ЭПИЗОД ПЯТЫЙ: МЕМЕЛЬ (КЛАЙПЕДА)

ПИСЬМА РУССКОГО ПУТЕШЕСТВЕННИКА ЭПИЗОД ЧЕТВЕРТЫЙ: ПАЛАНГА

ПИСЬМА РУССКОГО ПУТЕШЕСТВЕННИКА. ЭПИЗОД ТРЕТИЙ: КУРЛЯНДСКАЯ КОРЧМА

ПИСЬМА РУССКОГО ПУТЕШЕСТВЕННИКА. ЭПИЗОД ВТОРОЙ: РИГА

ПИСЬМА РУССКОГО ПУТЕШЕСТВЕННИКА. ЭПИЗОД ПЕРВЫЙ: САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

НАЧАЛО: ОН ЗНАЛ ЕВРОПУ. НО РЕШИЛ ПРОВЕРИТЬ...